Как в СССР экспериментировали с атомом, и что стало с «атомным» поколением

Капустин Яр, Сай-Утёс, Семипалатинский полигон, Сухой Нос (Новая Земля), Тоцкий полигон – о том, что реально испытывали на этих советских полигонах, стало известно лишь в 80-х. Закрытые города, грифы «секретно» и подписки о неразглашении – стали частью жизни миллионов людей. Но страшнее всего было воздействие, которое оказывали испытания на жизни и здоровье людей.

Первый ядерный взрыв СССР был произведен 29 августа 1949 года, последний – 24 октября 1990 года.

В течение 23 лет в стране работала секретная «Программа №7», в ходе которой на разных полигонах страны производились так называемые «мирные» ядерные взрывы. Всего – 124 взрыва «в интересах народного хозяйства». Архангельск, Оренбург, Пермь, Ставрополье, Якутия, Казахстан, Украина, Узбекистан, Туркменистан… Этот список можно продолжать и продолжать.

Москва-400, Семипалатинск-21, Курчатов

Самым первым и крупнейшим полигоном для ядерных испытаний был Семипалатинский.  Расположившийся на левом берегу реки Иртыш, он занял более 18 тысяч квадратных километров трех областей Казахстана. Уровень секретности этого полигона был таков, что первоначально служащие полигона писали письма родным, указывая в качестве обратного адреса – «Москва-400».

Первым успешным ядерным взрывом в истории было испытание «Тринити», проведенное армией США в июле 1945 года. Энергия взрыва той бомбы была эквивалентна приблизительно 21 килотонне тротила. Один из руководителей проекта, Роберт Оппенгеймер, американский физик-теоретик, сказал: «Мы знали, что мир не будет прежним. Кто-то смеялся, кто-то плакал, но большинство людей молчали, и я вспомнил строку из индуистского священного писания: «Я стал Смертью, уничтожителем Миров».

Позже на их письмах появился другой адрес – «Семипалатинск-21», еще позже – закрытый город Курчатов, названный так в честь советского физика Игоря Курчатова. Всего за время работы Семипалатинского полигона на нем было произведено почти 470 ядерных взрывов. Практически все – подземные.

В тему: Екс-мера Миколаєва засудили за корупцію

Полигон был закрыт в конце августа 1991 года, однако, и спустя 26 лет, местное население испытывает на себе последствия ядерных испытаний.

Последствия радиации затронули три поколения казахстанцев. Диапазон проблем со здоровьем у местных жителей невероятно широк – от заболеваний щитовидной железы и рака до врожденных дефектов, преждевременного старения и сердечно-сосудистых заболеваний. В среднем, продолжительность жизни в регионе на семь лет меньше, чем в остальных областях Казахстана.

В тему: Веня, с днем рождения! У самой политизированной кошки страны сегодня праздник

До сих пор на территории бывшего советского полигона ученые наблюдают повышенный уровень радиации. На некоторых участках и сейчас находиться не рекомендуется.

В результате нейтронной активации угольных пластов под землей происходят какие-то непонятные процессы. Был случай, когда скважина взорвалась через 15 лет после проведения испытаний.

В результате нейтронной активации угольных пластов под землей происходят какие-то непонятные процессы. Был случай, когда скважина взорвалась через 15 лет после проведения испытаний.

Уровень генетических мутаций у жителей в Семипалатинском регионов полтора-два раза выше, чем у людей в других районах Казахстана. Генные мутации у местного населения передаются по наследству. Об этом свидетельствуют результаты исследований международной группы ученых из Великобритании, Финляндии и Казахстана, которые пришли к выводу, что радиация первых ядерных испытаний дотянулась до внуков тех, кто пережил эти взрывы.

В тему: Чутки навколо Футбольного клубу "НИВА-В"

Количество самоубийств в регионе выглядит просто пугающим. В докладе от 2001 года утверждается, что радиусе 60 километров от полигона оно вчетверо выше, чем в среднем по стране.

Сегодня об испытаниях на самом полигоне напоминают огромные воронки, обугленные полуразрушенные строения и показания дозиметров.

Карипбек Куюков

Карипбек Куюков

В тему: Большая вина за смерти детей в Одессе лежит также на Авакове

Сорокапятилетний Карипбек Куюков родился  в селе Егиндыбулак, в ста километрах от Семипалатинского полигона в 1968 году. Ребенок родился без рук.

- Отец часто потом рассказывал мне, как он ездил по степной дороге и его останавливали военные солдаты, так как он заезжал на запретную территорию, а это была кратчайшая дорога. Родители забирались на сопку, чтобы лучше разглядеть ядерные грибы, хотя по инструкции должны были ложиться на землю и накрывать себя чем-нибудь. Я помню, как шатались шкафы в доме и гремела посуда, помню сообщения по радио, о том, что Советский Союз произвел очередное ядерное испытание в мирных целях, - рассказывал  в своей речи Международной конференции «От запрета ядерных испытаний к миру без ядерного оружия» Карипбек Куюков.

- Люди, проживающие там, во время взрывов просто выходили из домов, а после взрывов возвращались назад. Оказывается, они даже не подозревали об ужасах и последствиях совершаемого преступления над жителями региона. К населению относились как к подопытным существам. Производилось изучение животного и растительного мира. Хотя в то время всем говорили, что радиоактивные вещества не влияют на растительный мир. Это было страшной ложью!»

Главная «достопримечательность» бывшего Семипалатинского  полигона – «атомное» озеро. Оно образовалось в результате подрыва термоядерного боезаряда мощностью в 140 килотонн в 1965 году.

- Помню, однажды мы поехали туда на рыбалку. Это было такое страшное озеро. Совершенно без дна. Можно было нырять прямо с берега, - вспоминает Игорь Винявский. – Вокруг по берегу лежали валуны. Но стоило их тронуть – рассыпались. Представьте, какая там была температура, камни меняли свою структуру. Но сазаны там водились обычные.

Фото Радио Свобода

Фото Радио Свобода

Игорь Винявский родился и 22 года прожил в Семипалатинске. Там же родились и продолжают жить его родители.

- Я даже не знал, что я живу рядом с таким полигоном. Об этом никто не говорил. Помню, как иногда были небольшие землетрясения. У бабушки в комоде звенела посуда. Как-то я сросил деда, что это. Он ответил, что солдаты на учениях гранаты бросают. Мне было тогда лет 5-6. Понятно, что дед отшутился. Хотя, не уверен, что он и сам  точно знал, что происходит. Скорее всего, люди догадывались, но в то время уже все взрывы были подземные. Никаких ядерных грибов мы, конечно, не видели.

Самым мощным протестированным ядерным оружием считается «Царь-бомба», разработанное в СССР. Полная энергия взрыва, по разным данным, составляла от 57 до 58,6 мегатонн в тротиловом эквиваленте. Испытания бомбы состоялись 30 октября 1961 года. Результат: огненный шар взрыва достиг радиуса примерно 4,6 километра, ядерный гриб поднялся на высоту в 67 километров, диаметр его двухъярусной «шляпки» достиг (у верхнего яруса) 95 километров. Бомба была в 1500 мощнее, чем те, что были сброшенные на Хиросиму и Нагасаки.

О полигоне и ядерных испытаниях, по словам Игоря, в его окружении заговорили лишь во времена гласности, когда появилось антиядерное движение «Невада-Семипалатинск».

- Помню, я был в доме отдыха в Алма-Ате в 1989 году, и там меня впервые спросили: «А почему ты не лысый?» У детей уже были такие стереотипы, что из Семипалатинска должны приезжать необычные люди, - рассказывает Игорь Винявский.

Когда информация о том, что испытывали на полигоне, стала открытой информация, люди «уже знали, что это опасно».

- Особенно, когда случился Чернобыль. И стали много говорить о последствиях влияния радиации на человека.

В тему: Чернобыль, 30 лет спустя. Причина катастрофы могла быть иной

Отец Игоря родился в Семипалатинске в 1949 году, как раз в тот год, когда на полигоне произвели первое ядерное испытание. По словам Игоря, он прожил в городе практически всю жизнь, за исключением периода службы в армии.

- В этом году ему будет 69 лет. Я и моя жена – второе поколение, рожденное в Семипалатинске. Наши дети – третье. Не скажу, что у них хуже здоровье, чем у сверстников. Или что они как-то внешне иначе выглядят. Хотя, теоретически, я знаю, что у нас выше риск онкологических заболеваний, - говорит Игорь.

Оба, Карипбек и Игорь, на вопрос о том, может ли, по их мнению, атом быть мирным, уверяют – все зависит от человека.

- Атом сам по себе – просто атом. И его реакция – это просто физическая реакция. Все зависит от того, что с ней делают люди, - говорит Игорь. – Если вы спросите меня, должно ли быть ядерное оружие, я отвечу, что от него уже никуда не деться. И оно есть у тех государств, которые представляют собой угрозу, как Северная Корея. И, значит, оно должно быть в противовес у других, демократических стран. К сожалению, только так.

Взрыв. Картина Карипбека Куюкова

Взрыв. Картина Карипбека Куюкова

- Я мечтаю в один день встретиться лицом к лицу с людьми, выступавшими за применение ядерного оружия. Я хочу взглянуть им в глаза и спросить их - почему? – говорит художник Карипбек Куюков

Тоцкий полигон

В начале 50-х всерьез готовились к третьей мировой войне. После проведенных в США испытаний в СССР также решили опробовать ядерную бомбу на открытой местности. Местом учений выбрали оренбургские степи.

На Тоцком полигоне в Оренбургской области советская держава провела беспрецедентные в истории человечества ядерные военные учения, в жертву которым были принесены тысячи жизней граждан. Основной живой силой этого ужасного эксперимента стали военнослужащие Брестского гарнизона.

Палаточный лагерь растянулся на 42 километра. На учения прибыли представители 212 частей –  45 тысяч военнослужащих. Операцию назвали «Снежок».

В 9 часов 33 минуты 14 сентября 1954 года над степью прогремел взрыв одной из самых мощных по тем временам ядерных бомб, которую назвали «Татьянка».

Мощность плутониевой бомбы составила 40 килотонн в тротиловом эквиваленте. Это в несколько раз больше той, что взорвали над Хиросимой.

Последствия для участвующих в операции – облучение 45 000 советских солдат. Со всех участников учений была взята подписка о неразглашении государственной и военной тайны сроком на 25 лет.

Жителям деревень Богдановка и Федоровка, которые находились в 5-6 км от эпицентра взрыва, было предложено временно эвакуироваться за 50 км от места проведения учения.

Жители окрестных, на две трети сгоревших деревень по бревнышку перетащили выстроенные для них новые дома на старые – обжитые и уже зараженные – места, собрали на полях радиоактивное зерно, запеченную в земле картошку... И еще долго старожилы Богдановки, Федоровки и села Сорочинского помнили странное свечение дров. Поленницы, сложенные из обуглившихся в районе взрыва деревьев, светились в темноте зеленоватым огнем.

В зоне радиационного заражения той осенью оказалось около 15 тысяч квадратных километров территории, на которой в 1954 году проживало 5-6 миллионов человек.

Воспоминания Е.С. Семеновой, жительницы села Маховка:

- Мы видели, как в момент взрыва из соседнего леса вышел лось. Животное сгорело живьем. Ребятишки, которые наблюдали за этой картиной, со страху полезли на деревья. А жители Ивановки нам рассказывали, что во время взрыва погибли двое жителей их села. Они пасли скот на опушке леса в тот момент, когда сбросили атомную бомбу. Еще вспоминаю, что через три дня после взрыва нас, школьников, водили в эпицентр на экскурсию. Оказывается, он был отмечен заранее и обложен белым гравием. Нам показывали шахту глубиной 30-35 метров, где в момент взрыва находился кто-то из военных-добровольцев. Вход в нее закрывала бетонная плита, но все равно, как рассказывала нам учительница, когда после испытания бомбы этого человека подняли на поверхность, он был оглохший и весь седой.

Воспоминания И.П. Яшникова, жителя села Кирсановка (12 километров от эпицентра):

- Перед учениями около нашего села, в лесу, был развернут госпиталь. А после взрыва сюда доставляли раненых солдат, в основном обожженных. У них были забинтованы либо кисти рук, либо шея, или часть лица. Они все были веселы, курили, смеялись, потому что за ранение им полагался отпуск. Никто из них тогда еще не знал, что это у них были радиационно-тепловые ожоги.

Еще вскоре после окончания учений я в артели с учителями заготавливал для школы дрова в районе взрыва. Мне запомнилась страшная картина: отдельные дубы по вершину вошли в землю, молодые осинки были брошены навзничь, словно по ним прошлись огромным катком. Траншеи были сплющены, а их боковые обкладки словно бы выпучены под землей. Вся земная поверхность словно бы всколыхнулась и застыла волнами.

Почва вокруг стала такой мягкой, что копыта лошадей тонули в ней, как в песке. В лесу нам встретились ослепшие от взрыва косули и лоси. Птиц в лесу не было совсем до самой весны. А вскоре после заготовки этих радиоактивных дров умерли двое наших учителей. Умер также и работник Госбанка из Тоцкого, который ездил вместе с нами собирать сучья. Здоровый мужчина, а всего через месяц после этой поездки умер от белокровия.

Да и в нашей Кирсановке, где жители отродясь не знали, что такое рак, люди тоже стали умирать от этой болезни, как мухи. Вот скорбный список лишь первых лет после взрыва: Орехов – рак пищевода, Фролов – рак легких, Бородкин – рак легких, Лютиков – рак кости, Долгих – рак груди, Васильева – рак груди, Петренко – рак кости, Хорохорин – рак желудка, Шиповских – рак позвоночника. И у меня мать и сестра тоже умерли от онкологических заболеваний.

Ольманские болота

Ольманские болота. Фото Николай Черкас

Ольманские болота. Фото: Николай Черкас

О том, что ядерные испытания могли проводиться и в Беларуси, заговорили буквально несколько лет назад. Хотя еще в 1961 году в Столинском районе Брестской области вблизи от Мерлинских хуторов была зафиксирована резкая вспышка радиоактивности. Высышку «засекла» та же шведская станция слежения, которая четверть столетия позже «поймала» радиацию в Чернобыле.

В 1961 и 1962 годах с территории Столинщины, а конкретно – с Ольманских болот, выселили несколько тысяч человек. Это жители Мерлинских хуторов, размещавшихся в северо-восточной части самых больших болот Европы, пишет «Беларусский журнал».

На болотах полигон стратегического бомбометания. Несколько лет назад автор «Беларусского Журнала» Севярин Квятковский «лично видел высоченную вышку, с которой генералы и полковники смотрели в бинокль: долетит-не долетит, попадёт-не попадёт ракета?»

Останки боеприпаса, Мерлинский полигон. Фото: orientir.by

Останки боеприпаса, Мерлинский полигон. Фото: orientir.by

Как и в случае с Чернобылем, про вспышку радиации люди узнали из сообщений «Радио Свобода».

«Взрывы на тот момент уже бухали где-то там за горизонтом, полигон работал, но был ещё небольшим по площади. А что это за «радзивация» такая, никто не знал. Только через лет семь-восемь, когда вдруг выселенцы стали часто страдать малоизвестными им до того онкологическими заболеваниями, стали связывать это с событиями 1961 года».

Американская компания Esri разработала интерактивную карту, которая показывает все 2624 успешных ядерных взрывов, начиная с 1945 года.

Что конкретно могло вызвать радиационную активность, про которую встревоженно писала тогда западная пресса, и про которую молчала советская сторона, и продолжает молчать современная беларусская власть? Пока архивы Министерства обороны Беларуси и России молчат, существую догадки. Одна из версий – тактическое ядерное оружие.

Если сегодня на большую часть бескрайних болот вход людям разрешён, то бывшие Мерлинские хутора охраняются. На одном из въездов – высокие ворота и предупреждение о радиационной опасности.

Янина Мельникова, опубликовано в издании Зялёны партал

Сохранить

источник просмотров:   комментариев: 0